Интервью с Бу!феста: о шведах, переводе и скандалах

22.03.2010
12 февраля, в день открытия Бу!феста, о котором мы писали ранее, мы встретились с несколькими представителями издательств. Одной из них была Ксения Коваленко, редактор детской серии издательства "Открытый Мир Медиа". Издательство, в основном, занимается переводной литературой, и вот о литературе, переводах и, конечно, детях и подростках, и шла речь...

 

Редактор и переводчик с датского, шведского и норвежского Ксения Коваленко

Об издательстве, его проектах и правдивости шведов

 

- Почему издательство изначально сконцентрировалось на иностранной литературе?

 

Причем не просто на иностранной, а на скандинавской. Это связано в первую очередь с тем, что у истоков детской серии стоит Саша Поливанова, которая, как и остальные редакторы этого проекта, изначально скандинавист. Со временем круг авторов стал шире, сейчас планируем запустить российскую серию.

- Как Вы подбираете книги для детских проектов?

- У нас с самого начала была своя ниша. Задача издательства – говорить с ребенком и взрослым о плохом и хорошем, а также том, о чем говорить не всегда просто и не всегда понятно, как именно. Наши авторы говорят с детьми о таких важных явлениях, как любовь, появление новой жизни, смерть, равноправие всех людей на земле. Их цель – сократить дистанцию между ребенком и взрослым, осознать, что, хоть мы и разные, но мы стремимся принимать друг друга и жить вместе. Зачастую это довольно необычные для России книги, которые во всём мире уже давно завоевали широкое признание. В частности, это серия Перниллы Стальфельт. По-русски нами опубликованы «Книга о любви», «Книга о смерти», «Одного поля ягоды». Это книги о разных сложных явлениях, о которых ребёнок рано или поздно задумывается и которые в нашем обществе являются абсолютно табуированными. О смерти говорить неприлично, у нас не умирают, не занимаются сексом (одна из тем «Книги о любви»).

- Литература каких стран присутствует в ассортименте издательства?

- В первую очередь, скандинавы. Есть американские авторы, есть чех, есть литовцы. Мы стремимся постепенно выйти за рамки скандинавской литературы.

- По каким критериям выбираются книги для Вашего издательства?

- Во-первых, ребенку нужно составить собственное мнение о том, что хорошо и что плохо, что важно для развития, а на что не нужно обращать внимания – то есть выбрать направление движения. Во-вторых, хотелось бы дать ребенку возможность узнать об этом мире все, даже то, что не является приятным и веселым, но заставит задуматься и научиться сопереживать, помогать другим детям, а может быть и взрослым. Найти выход из сложных ситуаций, в которых оказываются дети, то есть обрести в книге друга и советчика. Чтобы найти такие книги, мы ездим на книжные ярмарки, – в Болонье, Италия, самая крупная ярмарка детской литературы, – оттуда что-то привозим, во Франкфурт, в Гетеборг. Встречаемся с иностранными издателями, заказываем новинки по каталогам, принимаем решение. Потом приходит отдел продаж, который говорит: «Нет, это не продастся, нам это не нужно, на это спроса не будет…»  Как это было в случае со Стафельт: очень много плохого писалось и даже по телевизору Андрей Караулов говорил о том, что издательство надо под суд отдать, писали что читать ребенку Стальфельт – это всё равно, что поить его виски… Это всё про «Книгу о смерти» и «Книгу о любви». Все плевались и ругались. Тем не менее, тираж распродан.

В ближайшее время мы собираемся российскую серию начать, уже есть материал, но сейчас у нас преобладают скандинавские книжки. Скандинаская литература – очень искренняя и правдивая, там не принято ни о чём умалчивать. Может, не очень понятно, о чём я говорю, ведь все стремятся быть правдивыми. Но, например, в Швеции искренность – это национальная политика. Поэтому у той же Астрид Линдгрен дети в книжках умирают, в этом плане ничего не приглажено, всё как есть. И в этом нет ничего неприличного, так жизнь устроена.

В наших планах публикация «Книги о какашках» Перниллы Стальфельт. Интерес к какашкам есть у каждого ребёнка, и он не окрашен чем-то негативным: в них нет ничего низкого, вредоносного и ужасного, это интересно и смешно и является одной из частей жизни. Даже сам шведский язык более физиологичен, чем русский. Например, нецензурная в нашем понимании лексика связана с религиозными понятиями. Всё, что связано со сферой секса, – у шведов не считается матом.

- Возвращаясь к планам издания русских детских книг: авторы интересующего вас направления уже писали что-то или вы давали тему и искали под неё авторов?

- И то, и другое. У нас в первом эшелоне, например, будет Стас Востоков, он уже не дебютант, но очень мне нравится и очень для нас подходит. Также мы с агентами Людмилы Петрушевской ведём диалог. Но непременное наше пожелание – это что-то современное и актуальное. Мы не занимаемся переизданиями. Всю эту старую труху нам не интересно ворошить. Хотя я не отрицаю, что в традициях советской литературы много прекрасного, но это не наша история. У нас всё остро актуальное, злободневное.

Хотя в планах есть книга Джанни Родари, которая никогда не публиковалась по-русски.

- Какая тематика ближайших к выпуску русских книг?

- У Востокова – книга «Сказки для людей с крепкой психикой». Мы, правда, еще не решили, какое название выберем. Второй вариант звучит так: «Как правильно пугать детей». Это байки о детских стереотипах, мифах и страхах, которые он развенчивает в коротких анекдотах в духе детского фольклора… Они безумно смешные!

- Раскроете секрет? Расскажите хотя бы одну байку.

- Женю с детства пугали люками.

– Вот спустишься в люк, — говорили, – тебя там черт поймает!

Однажды Женя идет из школы, вдруг видит – из люка в тротуаре мужик с фонарем на лбу выбирается.

– Куда лезешь, черт! – крикнула Женя и ударила его по голове рюкзаком.

Это правильно, что сантехники в касках работают.

- Замечательно! Какие ещё новшества вы планируете?

- Мы задумали серию для подростков. Ведь сейчас для них ничего нет, – ни музыки, ни литературы, ни одежды, ни кино. Почти! Что-то, конечно, есть, но хочется, чтобы была серия именно подростковая. Но она, увы, начнется с зарубежных авторов. Наши книжки будут посвящены актуальным проблемам. Например, одна из первых книг, «Эдди Буландер и я» – о том, как мальчика в 4 года бросил отец, и вот ему уже 16 лет. И вдруг раздаётся телефонный звонок – его папочка пожаловал, у него уже вся жизнь позади и оказалось, что всё лишено смысла. Он вспомнил, что у него, вроде бы, сын есть, и хочет его увидеть. Это роман о том, как они встречаются и как заново пытаются строить отношения. Учитывая, сколько у нас в России неполных семей, я думаю, это любому подростку будет интересно. Роман очень мастерски написан, ко всему прочему.

Другой роман, «Звезды светят на потолке», – тоже шведский, история дружбы двух девочек, Одна из них – первая красотка класса, душа компании, курит и даже выпивает. Вторая – тихоня и отличница. И вдруг они сходятся на почве того, что у обеих проблемы с матерями. У одной мама больна раком, девочка её безумно любит, но ей ужасно стыдно, потому что мама после химиотерапии приходит на родительское собрание лысая и на костылях. А у красотки мать – алкоголичка, которая на том же собрании ведет себя очень развязно. Неожиданно девочки становятся лучшими друзьями.

 

О Ксении, её взгляде на перевод и скандальных иллюстрациях 

 

- Как Вы начали переводить?

- Началось всё с того, что я, учась на филфаке Пединститута, писала диссертацию про Кнута Гамсуна (норвежский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе – прим. ред.), и мне пришлось изучать норвежский язык. Сейчас перевожу только со скандинавских языков: шведского и норвежского, немножко с датского.

А потом я познакомилась с Юлианой Яковлевной Яхниной, которая позвала меня в свою переводческую мастерскую при шведском посольстве. И началось волшебство.

- Что для Вас главное в переводе?

- Для меня в переводе самое главное – это интонация. Юлиана Яковлевна любила повторять, что каждый перевод – это интерпретация. Она буквально пословно проанализировала 3 перевода «Постороннего» Камю, принадлежащих разным переводчикам – Норе Галь, Георгию Адамовичу и Наталии Немчиновой. И рассказала, как, в зависимости от переводчика, может изменяться текст. Это просто три разные книги получились!

Для меня очень важна идея, что каждый перевод – это интерпретация. С другой стороны, есть одна переводчица, с которой я недавно познакомилась. Она великолепная старомосковская дама. Я посмотрела её текст и была в восхищении, какой прекрасный русский язык. Дальше она делает другой перевод, и тоже и интонация схвачена, и книга яркая. Потом третий перевод, и я вижу, что, независимо от автора оригинала, получается прекрасный текст абсолютно в одном и том же стиле. И этот человек не может перевоплотиться, а для переводчика очень важно как бы перевоплощаться в автора вместо того, чтобы творчески самовыражаться и паразитировать, даже творчески, на оригинальном материале.

Для меня перевод – это, в какой-то степени, школа смирения. Потому что главное – это автор. Надо поймать его интонацию и передать её на родном языке, а не выплеснуть какие-то свои идеи и мысли, которые накопились в ходе чтения.

Но за хорошим переводом неизбежно торчат уши переводчика, и в этом нет ничего плохого. Интонация всегда должна быть своя

Вот так все противоречиво.

- Какие книги Вы переводите? Чем определяется выбор издания для перевода?

- Я, в основном, не детские перевожу, хотя и детские тоже случалось.

Бывает, что предлагают какую-то книгу интересную или нравится автор. Бывает, я сама предлагаю что-то издательству. Для каждого переводчика, я думаю, принцип выбора один и тот же: интересный текст, который ты хочешь пережить на более глубоком уровне. Автор, с которым хочется посредством перевода вступить в диалог, и познакомить с ним других. Еще один важный момент: переводчик должен знать свою территорию. Например, человеку 70 лет, и он берётся переводить подростковую книжку, в которой много сленга и прочих реалий. Будь он хоть трижды мэтром художественного перевода, он всё равно не в состоянии перевести её адекватно! Потому что не живёт в этой среде и не владеет всей этой лексикой. Может, он прекрасно знает иностранный и родной язык и умеет менять стилистический регистр, но, чтобы переводить книгу для подростка, нужно быть близким этой культуре; не больше, чем на два поколения быть оторванным от этого подростка.

- Как организована работа над переводами в издательстве?

- В штате у нас нет переводчиков. У нас есть круг людей, с которыми мы работаем постоянно. Но если кто-то новый появляется и что-то интересное предлагает – мы всегда открыты для сотрудничества.

- Из всех Ваших проектов, перевода или редактирования, какой для Вас был самым интересным?

- Самый мой интересный издательский проект – серия «Скандинавская линия», вышедшая в издательстве «Флюид». Это срез современной скадинавской литературы в скандальном оформлении Сергея Снурника. Увы, не все потребители прониклись и серия до сих пор недооценена, на мой взгляд.

Из переводов – это работа для шведского номера журнала «Иностранная литература». Я переводила роман «На красном глазу» Юнаса Хассена Хемири. Это дневник мальчика Халима из стокгольмской семьи эмигрантов, «подростковая истерика» в духе Селинджера. Язык, на котором он пишет, – чистой воды конструкция. Он изобретает его заново, но при этом измывается над шведским языком, который ему, как ни крути, приходится использовать. Халим эмигрант, что ясно по его имени и бэкграунду, и когда начинаешь читать роман, возникает ощущение, что этот язык для него неродной и он плохо его знает. Но по ходу дела он с кем-то обменивается репликами, и становится ясно, что он прекрасно владеет шведским и коверкает его сознательно. Этот дневник – полное измывательство над шведской культурой. Для переводчика такой текст предполагал большую свободу, ограниченную только пожалениями самого автора. Мы с ним по каждому слову снимали все вопросы. И получился, скорее, не перевод, а паратекст.

- По выпуску изданий у вас в издательстве две линии: эзотерика и детская литература. Как вы от эзотерической литературы пришли к идее издания книг для детей?

- Это два параллельных явления, но иногда они пересекаются. Например, сейчас мы собираемся выпустить книгу Петра Сиса под названием «Тибет. Тайна красной шкатулки». Это, конечно, связано с духовными практиками и взрослым направлением, но в целом это параллельные темы…

 

О Бу!фесте, продвижении книг и современной литературе 

 

- Чего Вы ожидаете от Бу!феста?

- От Бу!феста мы ждем «взаимного опыления». Это очень камерный фестиваль и, в отличие от ММКВЯ, где ни о каком опылении и речи быть не может, здесь всё по-семейному. Для меня очень важно, что мы объединяемся, чтобы противостоять издательствам-монстрам, монополизировавшим рынок. Конечно, хочется и подружиться, и себя показать, и посмотреть, кто чем занимается. Чтобы мы все были вместе и понимали, как можно продвигать не мейнстримовские книжки, а особенные.

- Помимо мейнстрима какие есть препятствия в том, чтобы рассказать о своей литературе, сделать ее популярной?

- Есть большие издательства, которые диктуют свои законы на рынке, у которых налажена система распространения. Они плотно работают с магазинами, да и последним интереснее работать с более крупными компаниями. А эти издательства зачастую скупают права на все интересные книжки, даже не собираясь их публиковать. Но у нас очень мощный отдел продаж, который изо всех сил работает с магазинами, уже многого добился.

- Что Вы можете сказать о современном уровне детской литературы?

- Мне кажется, в целом  уровень довольно высокий и есть много интересного. Крупные издательства тоже, бывает, что-то стоящее делают. Расстраивает, правда, качество печати, а в целом всё прекрасно, есть перспективы.

 

Материал подготовлен Бюро переводов iTrex при поддержке организаторов Бу!феста, фестиваля вольных издателей.

 

 

Дополнительная информация о компаниях:

 

«Мир Детства Медиа» – издательство, представляющее на российском рынке интересные и необычные детские книги. Книги авторов издательства– С. Нурдквиста, П. Стальфельт, К. Януш – продаются во всем мире миллионными тиражами, а в России занимают первые места в рейтингах продаж ведущих книжных и интернет-магазинов.

Сайт издательства: http://www.md-media.ru

 

Boo: буквы, звуки, цацки прошедший с 12 по 14 февраля в Москве, в Галерее на Солянке, второй Фестиваль вольных издателей. Главной задачей «Бу!Феста», как и первого мероприятия, проведённого в 2009 году, осталось объединение малых издательств для решения общих задач, прежде всего — обеспечения доступности их книг для читателей.

Основной концепцией фестиваля на этот раз стало привлечение внимания к культуре книги. В связи с чем было организовано расширенное участие в «Бу!Фесте» издательств, придающих особое значение оформлению книг.

Сайт фестиваля вольных издателей: http://boofest.gviz.ru/

 

Бюро переводов iTrex — современное бюро переводов, которое специализируется на переводах корпоративной, финансовой и технической документации. Более 2000 переводчиков в 47 странах. Контроль качества и налаженная система работы позволяют предоставлять весь спектр услуг по языковым переводам и нотариальному заверению. Среди постоянных клиентов iTrex компании из 27 отраслей бизнеса, в том числе мировые бренды.

 

Другие интервью от Бюро переводов iTrex:

Интервью с Борисом Шапиро

Интервью с Бу!феста: с Дмитрием Кузьминым (поэтический журнал «Воздух»)

Интервью с Лимуда: Израиль и Россия глазами Евгения Когана

Интервью с Лимуда: посол Израиля Анна Азари о образовательных и культурных проектах 

 

 

 

 

Подписаться на наши новости